Снаряды рвались между палаток пионерского лагеря в красивом литовском бору. Маленький Антанас помчался на крик вожатой с опушки вглубь леса, где корабельные сосны смыкались пышной кроной. Так больше шансов выжить. Война шла уже неделю, транспорта не было вовсе, и эвакуация детского лагеря началась с изнурительного пешего перехода. Любимая вожатая Дануте погибла от осколочного ранения при авианалете.

В спешке Антанас с другими ребятами не попал в родную Клайпеду, а был эвакуирован в Среднюю Азию. Повидавший ужасы войны мальчик был уверен, что семья его погибла.

После долгой дороги Ташкент не показался хлебным. Прибалтийских сирот с другими эвакуированными отправили по бедным кишлакам, жить было негде, кругом госпитали, раненые. Почти все военные годы литовский мальчишка жил в тяжелейших условиях, порой в скотских сараях. Самое яркое воспоминание Микулевичуса: раннее утро, в сарае холодно, и он опускает озябшие ноги в коровью лепешку, чтобы согреться.

После войны он закончил горный техникум, нашел свой жизненный путь, стал инженером. Да еще каким! За работу получил ордена Трудового Красного Знамени, Октябрьской революции. В начале семидесятых опытного инженера направили в Алма-Ату строить каток Медео.

Там профком и предложил передовику путевку в Литву, в санаторий в Клайпеде. Ехать сначала не хотел, зачем бередить душевные раны, но жена настояла: «Мол, поезжай, посмотри, может, кто-то остался из близких». Все это время Антанас старался забыть детство, боялся еще раз испытать шок, узнав, что никто из родных не выжил. Но все же поехал.

В родном городе его отец был вторым секретарем горкома партии, и двухэтажный дом на площади в самом центре Клайпеды, где жили до войны, нашел сразу. Здесь мало что изменилось, а на лавочке, как и везде тогда в Союзе, сидели пенсионерки. От одной женщины не мог отвести взгляд. Узнал сразу — это была его мать.

— Скажите, вы не Марта Микулевичус? — спросил мужчина с осипшим голосом.

— Да, а что вы хотели? — с интересом спросила пожилая женщина.

— Я ваш сын, Антанас Микулевичус!

Женщина замерла и с недоверием ответила:

— Этим не шутят, молодой человек, мой сын погиб тридцать лет назад в первые дни войны.

Пришлось достать паспорт, где черным по белому было написано: Антанас Микулевичус, 1931 года рождения, город Клайпеда, Литва.

Ноги подкосились. Марта сразу не смогла поверить взрослому незнакомому мужчине. Старушки расступились, и мать завела сына в дом. Оказывается, близкие Антанаса здоровы и жили в двух кварталах. Сбежались братья и сестры, тети и дяди и целовали того, кого все эти годы считали погибшим.

Эту историю рассказал нам Андрюс Микулевичус, сын Антанаса, он живёт и работает в Алматы, занимается бизнесом.

П.Шиманская