История первой главной медсестры Национального госпиталя Галины Рыбаковой, а ей сейчас 101 год, достойна целой повести. Девчонкой с маленькой железнодорожной станции под Свердловском она работала санитаркой и дезинфектором в военном госпитале в войну, затем выхаживала целый вагон больных тифом. Без таблеток, микстур — выдали только снопы с сеном для матрацев, наволочки и простыни. Вместо витамина С отпаивали их клюквенным морсом, ягоды собирали местные сельчане. Кололи только кофеин и камфору.

В конце войны своего будущего мужа Геннадия встретила на танцах. Сама пригласила высокого красавца-танкиста, который проездом готовил к отправке эшелон. Он танцевал с чернявой маленькой девушкой и всё фыркал на местного баяниста — тот откровенно фальшивил. Потом взял инструмент и всех очаровал. На следующий день его перевели в музвзвод и, по сути, спасли жизнь: из эшелона, с которым он должен был отправиться, выжил только один боец.

— Он потом брал меня после учёбы в медицинском училище на выступления, говорил: хоть поешь там, время-то было голодное. А танцем своим я ему жизнь, считай, спасла, очень любила танцевать, вот и рискнула, пригласила будущего мужа.

После войны Геннадия Георгиевича перевели в Алматы, а она осталась доучиваться, не хотела больше работать санитаркой, потом беременной поехала к мужу. Однако состав в Оренбурге неожиданно встал, дальше пришлось двигаться на товарняке семь суток, где, как вспоминает Галина Александровна, «только солома и дырка посередине». Сообщить мужу тогда возможности не было, а он встречал каждый день поезд. В итоге на сносях, без чемоданов, которые потерялись по дороге, добралась до Фурманова, 161, а через месяц родила дочку. В её хватке и умении коммуницировать ей не было равных уже тогда.

Жили первое время в одной комнате 11 человек, благо рядом была Совминка, куда и пошла медсестрой. Чтобы заработать, бралась за всё: служила в поликлинике, выходила на ночные смены в хирургию, помогала диссертации профессорам писать, проводила осмотр, на основании которого они делали свои работы. Сначала боевой медсестре дали должность старшей, а в 1962 году — главной.

— Я опешила тогда, не было никогда такой должности, ни положения, ни обязанностей, но глаза боятся — руки делают. Быстро открыли новое отделение, потом диагностическую лабораторию, которую я обставляла. Все шли тогда навстречу, училась у коллег в Киеве, Ленинграде, Кремлёвской больнице в Москве. Всё могла заказать, достать, с любым договориться. Больные тогда носили у нас казённые качественные пижамы, обедали месяц после выписки, а лежали строго 21 день.

В Национальном госпитале она проработала 43 года, на пенсию ушла в 1991 году, но до сих пор помнит все имена своих коллег, с точностью рассказывает, сколько и что доставала и выдавала, даже больных на фронте помнит. Не зря за глаза Галину Александровну с её неизменно закатанными рукавами называли Матроной. В качестве лайфхака для бодрости и хорошей памяти сейчас она советует делать гимнастику пальцев и просто любить жизнь.

У Галины Рыбаковой двое детей, четверо внуков, и всеми она любима и уважаема.

Полина Шиманская